Перейти на главную страницу Карта сайта

Другие статьи номера

Первая региональная конференция рекламного бизнеса «Рекламная индустрия 2008. Тенденции. Прогнозы. Практика» (5807)
ТОП-10: сделано в ЮФО (5582)
Встречают по проекту, провожают по контракту (6342)
Галина Шувалова  
«России присуща инновационная логика…» (5748)
Галина Шувалова  
Награды Ростовской области на VIII Московском международном форуме инноваций и инвестиций (7231)
Виктор Дерябкин, председатель Законодательного собрания Ростовской области: «Мы должны перехватить инициативу у соседей» (6435)
Максим Федоров  
Энергичный подход (5824)
Леонид Минаев  
Каменный бизнес (5410)
Юрий Аксюшин  
Туристско-игорный микс. Эксперты сделали ставку на создание рекреации (5527)
Оксана Лебедева  
Банки-2008: региональная экспансия федералов (7421)
Екатерина Минакова  
«Дон-Консультант» 10 лет поддерживает бухгалтеров (5504)
Первый аутсорсинговый (5826)
Галина Шувалова  
«Фабрика звезд» для бизнеса (4702)
Екатерина Минакова  
Рынок наружной рекламы начал формироваться по новым правилам (4560)
С улиц — долой, из бюджета — вон?.. (5869)
Екатерина Минакова  
Строго на юг… двигаются федеральные аптечные сети (8397)
Галина Шувалова  
Госзаказ приносит прибыль (5473)
Петр Сергеев  
Добровольное эффективнее обязательного? (5627)
Марина Коренец  
ОМС — это экономика сегодняшнего здравоохранения (7861)

 

Владимир Княгинин, директор Центра стратегических разработок «Северо-Запад»: «Юг перспективен с точки зрения инвестиций»

№ 3(17) (2008)
Количество просмотров: 7318
Версия для печати


Хранить то, что есть, обеспечивать диверсификацию и вкладываться в будущее.

— Создается впечатление, что все — субъекты Федерации, отрасли экономики, отдельные предприятия — занимаются сегодня разработкой стратегий своего развития. Владимир Николаевич, по-вашему, в России наступила мода на слово «стратегия»? Либо стратегическое планирование — объективная необходимость, диктуемая экономическими и политическими реалиями?

— Существует мода на определенные инструменты управления. Возможно, что и стратегия сейчас попала в разряд таких модных инструментов. Нет причин ни радоваться и ни расстраиваться по этому поводу. Нужно понимать: функция стратегического планирования будет реализовываться в большей или меньшей степени развернутости.

Вопрос: всегда ли нужны стратегии? Конечно же, нет. Всегда ли нужно проводить стратегическую работу? Тоже — конечно же, нет. Во многих случаях вопрос стратегии часто не является актуальным. Он возникает в тот момент, когда меняется ситуация, когда резко возрастает степень неопределенности. И для того чтобы иметь позицию по отношению к себе, к своему будущему, к конкретным событиям, необходимо видение, выходящее за пределы текущей ситуации. Если мы выходим на «тихую воду», где степень определенности достаточно высока, я вполне допускаю, что и роль стратегического планирования на какой-то период времени может снизиться.

— Тем не менее ваш центр — автор многих стратегий. Каковы чаще всего ожидания регионов, выступающих в роли заказчиков таких документов?

— Действительно, прошедшие три года стали годами активного развития стратегического планирования на региональном уровне. Объяснить это можно тем, что у регионов появились, пусть еще и небольшие, ресурсы, позволяющие оторваться от текущей ситуации. Власти субъектов Федерации сегодня могут не только «тушить пожары», но и осуществлять проектирование, строительство.

Первоначально потребность в формировании большей части региональных стратегий была связана с появлением инвестиций и необходимостью принимать решение, в какие секторы экономики направлять их в первую очередь и как для этого использовать ресурсы территории. Отсюда — большой крен в сторону выбора управленческих инструментов инвестиционного характера: создание индустриальных, технологических парков, а следовательно, проведение работ по оптимизации использования земельных ресурсов, инфраструктурному обустройству и т. д.

Примерно год-полтора назад регионы столкнулись с тем, что даже при появлении денег и наличии свободных территорий, даже притом, что вопросы инфраструктурного обустройства худо-бедно решаются, человеческий потенциал оказывается недостаточным. В стратегиях появились существенные разделы, посвященные рынку труда, реформе профессионального образования, работе с человеческим капиталом. Для стратегий, создаваемых в последние полгода-год, актуально пространственное развитие, поскольку они согласовываются с системой регионального планирования. Важно определить, через какие точки регионы попадают в глобализирующиеся рынки, как они вступают в глобализацию со своими соседями, каковы их преимущества по сравнению с другими субъектами Российской Федерации и зарубежья в той или иной деятельности.

Последние полгода-год мы все чаще участвуем в разработке инновационных стратегий развития регионов. Такие стратегии не заменяют собственно стратегию социально-экономического развития — они, скорее, дополняют ее, являясь для регионов инструментом работы с будущим.

На мой взгляд, всякая стратегия устойчивого развития предполагает три вещи: хранить то, что есть, обеспечивать диверсификацию и вкладываться в будущее. Вложения в будущее, может быть, непосредственно сейчас и не окупятся, но для того чтобы это будущее реализовалось, требуются инвестиции.

— Полагаете, в регионах не знают о проблемах, обозначаемых вами?

— Те, кто живут в регионе, всегда лучше знают ситуацию, чем любой внешний аналитик. Функция внешнего аналитика — в восстановлении рыночной рамки. Его приход позволяет видеть общую ситуацию на рынке и, исходя из этого, прогнозировать развитие локальных территорий.

Вторая цель аналитика — привнесение опыта. Центр «Северо-Запад» работает сейчас примерно в трети регионов Российской Федерации. Наша работа позволяет видеть новые решения, которые не всегда доступны на местах.

И третье — привлечение инвесторов. Если мы считаем, что тот или иной сектор — стратегический в экономике региона, что он нуждается в инвестициях, и если мы видим внешних игроков, которые могут быть стейк-холдерами регионального развития, то стремимся привлечь их. Так было, например, при работе над проектами Стратегий развития Архангельской и Воронежской областей. Центр взаимодействует с рядом социальных институтов, в частности с Всемирным банком.

Инвестиционный потенциал регионов ЮФО различен

«Северо-Запад» известен и на Юге. Так, полгода назад была принята Стратегия социально-экономического развития Ростовской области до 2020 года, разработанная при участии центра. Насколько специфичны, по вашей оценке, проблемы регионов ЮФО?

— В предыдущие десятилетия в наибольшей степени развивались Северо-Запад и Центр страны. Во многом это обусловлено их производственной специализацией. Ключевым торговым партнером России является Европейский Союз, что отражается на распределении грузопотока и объеме экономических связей, которые в наибольшей степени локализованы в балтийском векторе. Примерно 46% внешнеторговых грузов России идет через Балтийское море и северные порты.

Юг находился в менее выигрышной ситуации — производственная специализация его территорий была иной, и обеспечены они были иными ресурсами. Торговые партнеры Юга были объективно слабее. Поток грузов, проходивших через украинские порты СССР, не мог быть в полном объеме переориентирован на порты Юга России.

Сегодня ситуация на Юге меняется. Во-первых, формируется достаточно эффективный агропромышленный кластер, центрами которого становятся Краснодарский край и Ростовская область. Зона влияния кластера выходит за пределы ЮФО и охватывает по крайней мере часть Центрально-Черноземного района. Значение агропромышленного кластера и его экспортная ориентация будут расти.

На наш взгляд, центр управления кластера будет располагаться в Ростовской области — ключевом регионе, где зернотрейдеры имеют свои мощности. Нужно признать, что существует конкуренция со стороны Кубани. Но я не представлял бы наметившуюся конкуренцию в деструктивном ключе — скорее, Ростов ожидает конкурентная кооперация.

Второе изменение касается перспектив активизации южного направления грузопотока. Сложности с развитием портовой системы будут возрастать. Сейчас Европа, в том числе Франция, прилагает усилия к тому, чтобы возродить Средиземноморье в качестве региона экономического развития, если и не сопоставимого с Балтикой и северными морями, то по крайней мере претендующего на самостоятельную роль. У России в этом регионе появляется устойчивый потребитель сельскохозяйственной продукции, лесопромышленного комплекса и металлургии. Значение турецкого направления и для Европы, и для России будет нарастать. Потребуется модернизация всей транспортной системы Юга. Она уже запланирована в стратегии развития российских железных дорог.

Плюс Юг представляет собой самую плотную городскую систему. Соответственно, здесь будет происходить и инновационное развитие, развитие сложных услуг. Возможна и постановка сборочных производств, в агротехнике — логистических мощностей, инновационного кластера.

Важно, кстати, что именно на Юге, в Ростове-на-Дону, создан Южный федеральный университет.

— А чем будут прирастать другие территории ЮФО: Краснодарский край, Волгоградская, Астраханская области?..

— Краснодар, Волгоград и Астрахань по сути — части единого аграрного кластера, обладающие разной специализацией и не всегда совпадающими корпоративными структурами, работающими в этих регионах. В ходе работы над Стратегией Астраханской области, например, стало понятно, что ее сельское хозяйство скорее будет обеспечиваться нишевой специализацией, и часть видов производств, которые ранее были локализованы в других территориях Юга, будут так или иначе постепенно переходить к Астрахани. А земли и люди других территорий будут высвобождаться под иные виды производства.

Юг перспективен с точки зрения инвестиций, однако если рассматривать среднесрочную перспективу, то становится очевидно, что инвестиционный потенциал регионов ЮФО различен.

Астрахань — это центр России на Каспии. При росте Казахстана, Азербайджана и Ирана, при росте нефтегазодобычи на шельфе Каспийского моря будет расти роль Астрахани и как транспортного узла, и как точки сервисно-технологического обеспечения этого сектора. Также рост Каспийского региона в целом дает области хороший потенциал развития нефтегазохимии. И России нужно вкладываться в свой главный город на Каспии, чтобы удерживать влияние в регионе. Для Краснодарского края самый известный и обеспечивающий приток централизованных федеральных инвестиций проект — Сочинская Олимпиада-2014. Это модернизация инфраструктуры, подстегивание как собственно сектора строительства, индустрии стройматериалов, энергетики и транспорта, так и расширение международных связей. Гипотетически после выхода из проекта мы можем иметь модернизированный туристический кластер.

Но надо понимать, что, кроме «Сочи-2014», есть не менее важные проекты в агросекторе и транспорте: Краснодарский порт — центральный порт России на Юге, и в этой функции он будет дальше развиваться. Известно: там, где идет портовое развитие, развивается и индустриальная тыловая зона портов.

Очень важный для оценки потенциала развития вопрос — о человеческом капитале. Рынок создает возможности, но есть ли адекватный ответ этому рынку с точки зрения кадров, желания людей работать, их квалификации? Таким образом, решение вопроса о человеческом капитале, всего, что связано с системой расселения, с профессиональным образованием, с системой здравоохранения, автоматически попадает в разряд стратегических задач. Например, обсуждение ситуации по Сочи, связанной с инвестициями в инженерные инфраструктуры, в строительство зданий, сооружений и объектов, заслоняет задачу номер один — задачу обеспечения этих объектов кадрами, способными работать на современном уровне…

— Каким вам видится развитие республик Северного Кавказа? Официальные власти настаивают, что этот регион уже нельзя рассматривать как «взрывоопасный», как «черную дыру». Разделяете ли вы такой оптимизм?

— Очевидно, за этими утверждениями есть своя правда. В целом понятно, что экономическое развитие, которое пусть медленно, но идет, будет приводить к снижению напряженности в ряде вопросов. Нужно учитывать и экономическое развитие Центральной России. Одно дело — выстраивать отношения к слабому, страдающему от экономической немощи региону. Другое дело — выстраивать отношения с Федеральным центром, когда ситуация благоприятна экономически. Правда, справедливости ради надо сказать, что экономический рост часто приводит и к появлению других проблем. Например, к территориальной диспропорции, к кросс-культурному взаимодействию.

— По вашему ощущению, готовы ли руководители северокавказских регионов разговаривать с инвесторами на одном языке?

— Ситуация различается по секторам экономики. Инвестиционная готовность энергетического и гидроэнергетического секторов высока. Полагаю, что начинает меняться в позитивную сторону и ситуация в туризме. Гипотетически в долгосрочной перспективе будет благоприятная ситуация в сельском хозяйстве. Но я бы пока не переоценивал инвестиционную готовность регионов Северного Кавказа: вопросы безопасности, вопросы качества управления, вопросы коррупции из разряда политических вопросов переходят в разряд экономических. И дальше это уже не дело отдельных плохих чиновников, а вопрос конкурентной способности региона.

Вопрос номер один для России — способность конкурировать

— Есть регионы, руководители которых жалуются на то, что к ним не идут инвесторы. Вы можете им доходчиво объяснить, почему так происходит? И почему так происходить не должно?

— Каждая территория обладает своими геоэкономическими преимуществами, и в ряде случаев можно понять этих руководителей, потому что особых геоэкономических преимуществ у их территорий нет. Всемирный Банк подготовил прогноз, согласно которому в мире будут расти все портовые зоны. То есть все города-порты в долгосрочной перспективе будут чувствовать себя гораздо лучше, чем, например, находящиеся в глубине территории. Известна ситуация, например, с горными территориями.

Во всем мире горные районы, за исключением Альп, где построено почти двадцать тысяч подъемников на горнолыжных спусках, рассматриваются как зоны депрессивного развития, более того, в начале 2000-х ООН даже объявляла Год гор. Была реализована специальная программа, направленная на развитие горных территорий, традиционно страдающих от недостаточного притока инвестиций. Поэтому, с одной стороны, жалобы объективны и оправданны. С другой, инвестиции всегда развиваются волнообразно: сначала приходят в центр, а потом уже растекаются, разбегаются, как волна от камня, брошенного в воду. Здесь, конечно же, всегда существует разрыв в инвестиционном цикле. Есть пионеры, а есть отстающие. Есть центр, а есть периферия. Это надо понимать и объективно оценивать. Третий вопрос — к качеству управления, к прозрачности, к коррупции, к безопасности. Если эти вопросы не решены, то трудно ждать инвестиций.

— Продолжается работа над Концепцией долгосрочного развития Российской Федерации в целом. Под какие цели и задачи она «заточена»?

— Я знаком с одним из ее вариантов. Она еще не завершена, не является законченным документом. Я бы не рассматривал цель Концепции как формирование «новой Российской империи». Она ставит целью превратить Россию в конкурентоспособное государство. В отличие от планов и стратегий других европейских государств, Россия сталкивается с более сложной системой вызовов и решений. Большинство европейских государств сегодня входит в Европейский Союз, и их пространство для стратегического маневра ограничено.

Часть работы по стратегическому планированию делегирована общееэсовским институтам. С одной стороны, тот факт, что Россия не входит ни в какие союзы с жесткими ограничениями, можно расценивать как позитивный. Наше государство обладает большей свободой выбора и маневра. С другой стороны, велика ответственность за судьбу страны. При этом страховки в случае, если поставленные цели и задачи не будут достигнуты, или, например, если в ходе реализации стратегии какой-либо из потенциально существующих рисков актуализируется, минимальны.

Вопрос номер один для страны — это способность конкурировать. На какой базе будет достигнута эта способность?.. Обратная сторона ответа на этот вопрос заключается в том, что России пора конкурировать за счет человеческого капитала, а не только за счет обладания естественными природными ресурсами. В стране продолжается сокращение количества трудоспособного населения. В отличие от начала ХХ века, мы потихоньку приближаемся к осознанию исключительной ценности и важности любой жизни для общества и для государства, приближаемся к пониманию, что вложение в развитие интеллектуальных сил и способностей человека — это самое оправданное вложение в нынешней ситуации. Если страна не будет развиваться по инновационному сценарию, а переход к инновационному сценарию очень тяжел, то нет никаких гарантий, что мы сохраним конкурентную способность в долгосрочной перспективе.

Справка «Вестника»

Центр стратегических разработок «Северо-Запад»

Независимый общественный институт. Специализируется на стратегических исследованиях и выработке экспертных рекомендаций по широкому кругу социально-экономических вопросов. Был учрежден в Санкт-Петербурге в 2000 г. с целью содействия развитию северо-западных субъектов РФ и обеспечения стратегических преимуществ этого макрорегиона в системе российского и мирового хозяйства. Впоследствии география проектов Центра вышла далеко за пределы Северо-Запада. в настоящее время он имеет опыт исследовательской и консультационной работы более чем в 20 регионах РФ. Партнерами Центра являются федеральные министерства и ведомства, региональные и муниципальные органы власти, общественные и научные организации, бизнес-структуры.

Владимир Княгинин

Родился в 1961 г. выпускник юридического факультета ленинградского госуниверситета, кандидат юридических наук. Директор Центра стратегических разработок «Северо-Запад» Член коллегии Министерства регионального развития РФ. В 2005–2008 гг. руководил разработкой долгосрочных стратегий развития Приморского края, Республики Алтай, Тверской, Иркутской, Кемеровской, Астраханской, Тюменской, Ростовской, Смоленской, Пензенской, воронежской областей. Автор более 40 научных публикаций. Сфера научных интересов: региональное и пространственное развитие, промышленная политика, современные тенденции в сфере образования, развитие туристического потенциала регионов.


Автор: Максим Федоров