Перейти на главную страницу Карта сайта

Другие статьи номера

Со страной в едином ритме (4784)
Топ-10: сделано на-Дону (6234)
Соглашение о сотрудничестве (5087)
Новости политики (5081)
Новости компаний (5788)
Стратегические амбиции Дона: федеральный центр их приветствует (6327)
Кирилл Власенко  
Дни Ростовской области в столице: Москва дончанам верит (5684)
Инна Зотова  
«Малый бизнес» выходит на международный уровень (6286)
Анастасия Смирнова  
Инновационный потенциал Дона (10703)
Анастасия Погонская  
Венчурная индустрия и инновационный процесс (10760)
Василий Соколов  
Экопроизводство: важно и престижно (5558)
Анастасия Ольховик  
Пластиковые карты: в ногу со временем (9187)
Мария Прокофьева   
Вырастить цивилизованного налогоплательщика (5823)
Галина Шувалова  
Малому бизнесу помогут внедрить систему менеджмента качества (5023)
Грядущие изменения в законодательстве по аудиторской деятельности (5405)
Пояснительная записка коммерческой организации глазами аудитора (6602)
«Задача страховщика — все предусмотреть» (5378)
Бизнес сохранен, когда он защищен (5068)
Анастасия Смирнова  
Урожай низкий, цены высокие (6860)
Екатерина Минакова  

 

Нина Сверчкова, заместитель главы администрации (губернатора) области — министр финансов Ростовской области: «Мне часто приходится говорить «нет»

№ 6(13) (2007)
Количество просмотров: 6632
Версия для печати


Начиная со следующего года ростовская область будет жить по рассчитанному на три года бюджету. Чем вызван такой переход, каковы принципиальные отличия «трехлетки» от прежних одногодичных бюджетов? что представляет собой современный бюджетный процесс, и как строятся отношения области с муниципалитетами и федеральным центром? вот лишь небольшая часть вопросов, оказавшихся в центре нашего разговора с заместителем губернатора — министром финансов ростовской области Ниной Сверчковой.

— Нина Ивановна, в 90-е годы большинство региональных бюджетов называли бюджетами выживания. С какого момента перестал быть таковым бюджет Ростовской области?

— Думаю, с 2001-2002 гг. Мы полностью рассчитались со всеми просроченными задолженностями и с 2002-го начали наращивать инвестиционную часть бюджета.

— Сложно было рассчитаться?

— Очень. Мы стараемся не вспоминать те годы: губернатор считал каждую копейку, определял приоритеты финансирования. У него на столе лежала распечатка всех долгов: по детским, учительским, коммунальным, ветеранским… И он всегда принимал решение: «Давайте заплатим детские». Причем он не разделял: это — полномочия муниципалитета, а это — областного бюджета. Мы помогли муниципалитетам закрыть все долги, зная: это общая беда, общая проблема.

— Теперь бюджет Ростовской области — профицитный. Трудно обеспечивать превышение доходов над расходами?

— Не трудно, если жить по средствам. Трудно было в 1996-м, 1998-м — тогда собственных доходов не хватало, чтобы рассчитаться даже по обязательной части расходов… Последние же три года область живет в условиях стопроцентного расчета по своим обязательствам. Мы день в день платим зарплату бюджетникам, коммунальные платежи. У нас нет вопросов по тем же детским, по расчетам с ветеранами. На все это у региона деньги есть — свои, а не из федерального бюджета.

— Тем не менее Ростовская область зависит от финансовых поступлений из Федерации. Какие факторы там учитывают, решая, сколько средств выделить региону? Оправданно ли говорить о том, что Центр помогает не только слабым, но и сильным субъектам?

— Центр не забывает свою обязанность помогать слабым. Происходит это через определенные виды финансовой поддержки. Самая большая часть денег, которые мы получаем от Федерации, — дотация на сбалансированность. При этом Федерация не смотрит на расходы региона — она смотрит, каков средний уровень бюджетной обеспеченности по России. Сегодня она составляет чуть более 27 тыс. руб. на одного жителя. В Ростовской области — 16 тыс., а в Москве — 82 тыс., но в среднем по стране — 27 тыс., и дотации рассчитываются с учетом «подтягивания» субъектов до этой цифры. Это называется — дотация на выравнивание. Однако в федеральном бюджете есть много целевых строчек, которые предназначены для территорий, где достигнут определенный уровень экономического развития, где хорошо поставлена работа по инвестированию, где поддерживаются социальные направления… За такие строчки надо бороться.

— Какие еще строчки, за которые Ростовская область должна побороться?

— Все отраслевые строчки: софинансирование федерального бюджета по строительству дорог региональных, ЖКХ, жилищное строительство.

— Ростовская область поставила перед собой цель: значительно сократить размер финансовой зависимости от Федерации. Это принципиально?

— Сегодня удельный вес федеральных доходных источников в общем объеме доходов Ростовской области — чуть больше 20%. По Бюджетному кодексу РФ все субъекты ранжированы. Те субъекты, которые получают от Федерации до 20% доходов, считаются более благополучными. У них — шире полномочия с точки зрения расходных обязательств, они сами определяют систему и уровень содержания государственных и муниципальных служащих… Ростовская область сейчас попадает во вторую группу регионов — они имеют ограниченные полномочия. Губернатор постоянно говорит: нам нужно добиться перехода в первую группу. Учитывая, что доходная база в области растет быстрее, чем поступления из Центра, уже в 2008 г. уровень федеральных вливаний в наш бюджет должен сократиться до 19%, и это позволит решить поставленную задачу.

— Бюджет Ростовской области — социально ориентированный. Донские власти последовательно увеличивают ассигнования на медицину, образование, культуру, что нельзя не приветствовать. Вместе с тем свыше 50% расходов на социальную сферу — свидетельство еще и недостаточно высокого уровня жизни населения. Согласны?

— Удельный вес расходов бюджета Ростовской области на здравоохранение, образование, культуру, спорт — более 60%, тогда как в среднем по России — 48%. Но давайте возьмем другие направления в бюджете. Например, дорожное строительство — это для кого? Финансирование отраслей народного хозяйства, фермерства, малого бизнеса — для кого?.. Кого мы поддерживаем, выделяя средства предпринимателю, который пытается начать свое дело, чтобы содержать семью? Или кого мы поддерживаем, выделяя средства на жилищное строительство, в том числе для молодых семей, бюджетников?.. Я могу разложить каждую строчку бюджета Ростовской области: за вычетом расходов на содержание таких, как я, все средства идут людям.

— Насколько грамотно, по вашей оценке, формируются бюджеты муниципальных образований Ростовской области? Как выяснилось, по итогам 2006 г. они получили несколько миллиардов рублей незапланированных доходов. Что это: вина или беда местных властей?

— Реальность сегодня такова: планируют муниципальные образования одни доходы, получают другие. Можно их критиковать за то, что неправильно посчитали. Но есть одно «но»: сегодня открывается много производств, жизнь идет вперед, за всем не уследишь. Существует и момент, связанный с интересами территорий. Чем меньше они в своем бюджете покажут доходов, тем большую добавку они должны получить из областной казны, чтобы справиться с выполнением расходных полномочий обязательной части. По закону муниципалитеты сами разрабатывают и прогнозируют свои бюджеты. К сожалению, случается, что сельские поселения области, созданные в рамках реформы местного самоуправления, не выполняют планы по ключевым налогам, сведя тем самым на нет решение важных для себя социальных и бытовых проблем. Так что вопросы планирования, бюджетного исполнения, отношения между муниципальными бюджетами и областным бюджетом — не простые вопросы.

— По вашим неоднократным заявлениям, область не бросит муниципалитеты, где образовались бюджетные «дыры», на произвол судьбы. Но ведь так будет продолжаться не всегда?

— За поселениями федеральным законом закреплены два налоговых источника — земельный налог и налог на имущество физических лиц. Сегодня идет кадастровая переоценка земли, по землям сельхозназначения она уже закончена. Одним словом, ведется огромная работа по регистрации каждого кусочка земли за действительными собственниками, которые смогут затем встать в ряды плательщиков. Эта работа еще не закончена, поэтому и перечень действительных налогоплательщиков земельного налога еще не сформирован. Как скоро она будет завершена, зависит от активности глав поселений, которые должны позаботиться о том, чтобы в границах его поселения каждый кусочек земли имел зарегистрированного собственника либо пользователя.

— Можно ли рассчитывать, что через год-другой результат по цифрам будет иной?

— Естественно. Здесь многое зависит от построения межбюджетных отношений. Если бы сегодня для сбалансирования расходов бюджетов поселений направляли им большие дотации из областного бюджета, у них не было бы стимула увеличивать поступления по собственным налогам. Логика глав в этой ситуации понятна: пусть все остается как есть. А зачем стараться? Областной бюджет дает нужные деньги на развитие, платит руководителям зарплату, так пусть земельный налог как не взимался, так и не взимается… Нет, правильно построенные бюджетные отношения, просчитанные размеры дотаций, которые мы даем поселениям, должны стимулировать их заниматься своими доходами — земельным налогом, налогом на имущество. Часто можно увидеть на территориях, близлежащих к донской столице, возведенные огромные особняки. Начнешь разбираться — как правило, они все не достроены, не поставлены на учет, за них никто не платит налог на имущество. Но ведь люди там живут, электричество, вода подведены. И заниматься такими недобросовестными гражданами должны главы поселений.

— Бюджет области принимается на 2008-й и с перспективой на 2009- 2010 годы. Насколько это редкое пока явление в масштабах страны? Мы первые или бюджеты-«трехлетки» распространены в России?

— В Бюджетном кодексе субъектам дано право выбора. Они могут остаться с годичными бюджетами, а могут перейти на трехлетний бюджет. Учитывая, что сейчас они только принимаются, трудно сказать, сколько субъектов пошло на это. Могу сказать, что в Краснодарском и Ставропольском краях сейчас проходит процедура принятия закона о бюджете только на один год. А вот в Воронежской и Волгоградской областях сегодня принимают трехлетний бюджет, в Волгограде он уже принят. Ростовская область тоже воспользовалась предоставленным правом и начиная с 2008 г. будет принимать трехлетний бюджет. Он так и называется в Бюджетном кодексе — бюджет на очередной финансовый год и плановый период, т.е. очередной финансовый год — 2008-й и плановый период — два последующих года, которые потом будут уточняться ежегодно. Трехлетний бюджет — бюджет перспективы. Речь идет, разумеется, прежде всего об обязательной части расходов, вопросов, связанных с текущим содержанием бюджетной сферы. А что касается вопросов, связанных с развитием — строительством, ремонтом, реконструкцией, — то они решаются в зависимости от того, сколько в кармане денег. И знать, сколько их будет на три года вперед — это очень важно. Тем более что в бюджете Ростовской области накапливаются серьезные деньги, которые можно направлять на решение вопросов социального развития.

— На одном из совещаний губернатор Владимир Чуб эмоционально обратился к членам своей команды, чтобы те не принимали у себя тех глав, кто, имея сверхдоходы и не используя резервы, едет и просит помощи. Это повлияло на них?

— Конечно, повлияло. Сейчас бюджет расписан таким образом, что главные распорядители денег — министры и заместители губернатора — имеют исчерпывающий перечень всех расходов. Я, как глава областного минфина, в каждое министерство ежемесячно направляю отчет по выполнению своих доходов муниципалитетами. Если муниципалитет имеет приличные сверхдоходы, пусть он за счет них и работает. Дополнительное финансирование из областного бюджета ему ни к чему. Вот об этом и говорил губернатор.

— При каких обстоятельствах губернатор может сделать исключение и взять некую сумму из резервного фонда?

— Когда нужно решить вопросы, непредусмотренные законом о бюджете, а сложившаяся социальная и экономическая обстановка в отдельных точках области требует неотложного вмешательства. Это может быть завершение капитального ремонта, приобретение мебели для нового соцучреждения — детсада или школы. Вопросы газификации населенных пунктов, дорожного строительства, приобретение школьных автобусов и коммунальной техники. Все направления расходования резервного фонда губернатора перечислить трудно.

— Насколько велика зависимость регионального бюджета от экономических и политических колебаний, которые происходят на федеральном уровне?

— Последние годы мы от потрясений наверху не зависим. Другое дело — 1996-1998 гг. Как было тогда заведено? Ростовской области выделялись какие-то средства, но она их не получала. Чтобы получить деньги, заложенные в федеральном бюджете для области, нужно было ездить ко всем: к министру финансов, членам правительства. В последние пять лет расчеты федерального бюджета с субъектами России проводятся предельно четко. Стоит добавить к этому, что нам хватает собственных доходов и мы живем спокойно. И никакие изменения на уровне Федерации не сказываются на текущем исполнении донского бюджета, не мешают финансировать социальные обязательства области перед всеми категориями населения.

— По опыту формирования бюджета: в какой степени он зависит от внешних, а в каких — от внутренних источников?

— У нас нет как внешних, так и внутренних заимствовании на полномочия бюджета. У нас есть небольшой долг по погашению внешнего заимствования. Когда-то был заем на приобретение транспорта городом Ростовом. Город взял кредит, область выступила как гарант по договору с Министерством финансов России и Банком реконструкции и развития. В будущем году мы заканчиваем погашение этого кредита. Это все. Мы обходимся собственными ресурсами.

— А как это будет достигаться? За счет наращивания собственной доходной базы?

— Только таким образом. Конечно, идет прирост вливаний из Федерации. Но рост собственной доходной базы по плану должен идти значительно более быстрыми темпами. За счет этого, кстати, снижается и удельный вес объема федерального источника в доходной части бюджета.

— Есть ли разница в принципах формирования бюджетов на Дону и в других субъектах Федерации? В чем отличие нашего бюджета?

— Есть вещи, которые для всех субъектов четко прописаны как нормы закона. Это касается обязательной части. В то же время каждый субъект может установить, допустим, размер детского пособия. Наш губернатор уже пошел на увеличение такого пособия, другие территории предусматривают провести это увеличение постепенно до 2010 г. Два года назад мы ушли от тарифной сетки, перешли на отраслевую систему оплаты труда бюджетников. Это повысило уровень заработной платы и темпы ее роста несколько выше, чем в среднем по стране. Каждый субъект определяет разные объемы ассигнований на социальную сферу. Сравнивая себя с другими субъектами, мы рассматриваем обычно несколько параметров: какими темпами идет увеличение собственной доходной базы, какую сумму направляет территория на инвестирование в социальную сферу, сколько останется средств на капремонт, реконструкцию, строительство.

— Есть незадействованные резервы, чтобы наращивать наш бюджет?

— Естественно. Расчеты доходов, которые мы заложили в бюджете, сделаны не по максимуму. Тому есть причины. У нас появятся солидные налогоплательщики. Например, такие как супермаркет «ИКЕА», другие. Их приход на нашу землю означает не только удобство для населения, но и исчезновение маленьких базарчиков, владельцы которых не платят налогов. Крупный магазин, где все расчеты идут через кассу — плюс к нашей доходной базе. Мы ведем большую работу с солидными инвесторами по строительству свинокомплексов, перерабатывающих предприятий в области. Но сегодня заложить в бюджет поступления от новых налогоплательщиков со стопроцентной точностью невозможно.

— Не один год обладминистрация с Законодательным собранием работают над улучшением инвестиционной привлекательности региона. Можно ли говорить, что областной минфин — одно из тех министерств, которое в наибольшей степени заинтересовано в этой инвестиционной привлекательности?

— Конечно, мы заинтересованы в росте доходной базы. А что касается развития инвестирования, то это означает одно: появляются новые налогоплательщики. Хотя организатором инвестиционной работы является министерство экономики, но все, что делается в области в этой сфере любым министерством, все идет на пользу сбалансированности бюджета, повышение его доходности.

— В каких моментах вы бы усовершенствовали наш бюджет?

— До пределов совершенства нам далеко. Мы четко осознаем, что у нас в технологическом плане есть целый ряд вопросов, которые мы должны решать. Прозрачный, чистый в плане хорошо налаженного учета бюджет дает возможность спокойно смотреть в будущее. Даже потенциальный инвестор прежде всего оценивает степень финансовой самостоятельности области: государственный долг региона, вопросы, связанные с бюджетными процедурами… Есть масса вопросов, касающаяся доходной части. С неплательщиками нужно бороться, и это наряду с появлением новых налогоплательщиков дает прирост доходной части бюджета. По расходам — непочатый край работы. И по выбору способа и объекта вложения денег. Надо ведь не ошибиться, чтобы потом получить максимальный экономический или социальный эффект. Одним словом, когда появляются деньги — появляется и работа.

Коллеги-журналисты отмечают, что у вас феноменальная память, все цифры на заседаниях коллегии администрации и Законодательного собрания области называете наизусть. Это практика или что-либо другое?

— Если бы каждый человек работал только с цифрами, то запоминал бы их без труда. Это, конечно, практика. Я всю жизнь занималась только этим.

— Трудно работать министром финансов, да еще, будучи женщиной?

— Работать всегда непросто. Но министру финансов чаще других приходится говорить «нет».

— Кому чаще всего это «нет» адресовано?

— Трудно выделить кого-то в отдельности. Мое «нет» всегда вытекает из того, что надо обеспечить законодательную правильность формирования расходов бюджета. Чтобы мы спокойно могли проходить все проверки Счетной палаты, чтобы деньги сохранялись в целости и сохранности, чтобы не срывались намеченные планы.

— Вы говорите о том, что те или иные главы приходят к тем или иным министрам просить денег, потом идут к губернатору, а он решает дать денег из фонда или не дать. За кого и при каких условиях вы готовы похлопотать перед губернатором в плане выделения денег?

— Хороший финансист ни за кого никогда не хлопочет. Он просто должен хорошо выполнять свои обязанности. Но были такие редкие случаи, когда я позволяла себе попросить губернатора. Если дело касалось детей, сотрудников. Надо сказать, что он незамедлительно откликается на такие просьбы.

— Существует масса различных клубов. А Клуб министров финансов России есть?

— Есть в России сообщество финансистов. Учредителями сообщества выступают финансовые органы субъектов РФ, российское Министерство финансов. Там собираются люди, которые готовы обсудить вопросы взаимоотношения Минфина с субъектами Федерации, кардинальные поправки к Бюджетному кодексу, которые могут коснуться всех, политические события с точки зрения влияния их на бюджетную сферу…

— Остается время на то, чтобы обсудить нефинансовые вопросы?

— Это случается крайне редко. Как правило, мои выезды из Ростова не длятся дольше одного дня. Утром вылетаю, а вечером — уже дома.

— Основную часть времени вы проводите в своем кабинете?

— Да это так. Ведь я из всех заместителей губернатора — вероятно, самый непубличный чиновник. Считаю, что общаться с гражданами, представителями СМИ должны те заместители губернатора и министры, которые отвечают за отдельные отрасли. Это то, что интересно людям, о чем они хотят услышать. Я же в свою очередь больше работаю с руководителями областных организаций, главами муниципальных образований.

— Что нужно сделать, чтобы попасть к вам на прием: записаться или убедить ваших помощников, что этот вопрос стоит того, чтобы тратить на него ваше время?

Во-первых, у меня есть правило. Финансисты территорий выходят на меня, минуя помощника. Что касается глав, то в отдельных случаях, когда я очень занята, мой помощник может заняться их вопросами. Главы нередко просто приходят ко мне посоветоваться — особенно руководители дотационных сельских территорий. Ведь зачастую решение их проблемы зависит не от меня.